Следователь Агаджанян пришел в ‟Око‟ с широко закрытыми глазами

Следственный комитет России (СКР) завершил расследование дела бывшего следователя столичного управления СКР Левона Агаджаняна. По версии СКР, расследуя обстоятельства перестрелки, произошедшей в ноябре 2017 года в башне «Око» в «Москва-Сити», господин Агаджанян попытался привлечь к уголовной ответственности невиновных людей и для этого фальсифицировал улики и оказывал давление на свидетелей. Там образом, говорится в деле, следователь намеревался выгородить охранников бизнесмена Гавриила Юшваева, которые были зачинщиками перестрелки. Последние уже осуждены. Левон Агаджанян вины не признает, утверждая, что мог допустить ошибки при расследовании из-за большой загруженности на работе.

Поначалу обвинение в окончательной редакции Левону Агаджаняну планировали предъявить 11 ноября в СИЗО «Матросская Тишина», где бывший следователь находится с декабря 2020 года. Однако последний допрос обвиняемого растянулся с учетом перерывов на двое суток. Так, по данным источников “Ъ”, сотрудников СКР интересовали некоторые встречи и телефонные переговоры обвиняемого во время расследования им дела о перестрелке в башне «Око». Кроме того, у господина Агаджаняна спросили, чем он руководствовался, когда разрешил основному фигуранту этого дела Магомеду Исмаилову, который не давал показаний, практически неограниченное количество телефонных звонков и свиданий. Ясного ответа от обвиняемого не получили.

После завершения допроса экс-следователю предъявили обвинение в окончательной редакции, теперь он и его защита могут приступить к ознакомлению с материалами дела.

По данным “Ъ”, предъявленное экс-следователю обвинение за год расследования его дела фактически не изменилось.

Господину Агаджаняну инкриминируются злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) и привлечение заведомо невиновных лиц к уголовной ответственности (ст. 299 УК РФ).

Других фигурантов в материалах дела так и не появилось, хотя поначалу допускалось, что при подтасовках улик у следователя могли иметься сообщники.

Как ранее сообщал “Ъ”, 20 ноября 2017 года старший следователь по особо важным делам ГСУ СКР по Москве Левон Агаджанян принял в свое производство уголовное дело, возбужденное двумя днями ранее по ст. 30 и ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство двух и более лиц), ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконный оборот оружия) и ч. 2 ст. 213 УК РФ (хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору). В материалах расследования речь шла о событиях, произошедших вечером 17 ноября в башне «Око» в «Москва-Сити». В ресторане башни отмечал юбилей авторитетный бизнесмен Дмитрий Павлов (Павлик), торжество собрало большое количество гостей. Конфликт, переросший в перестрелку, начался у входа в «Око». Дежурившие там сотрудники ЧОПа попросили водителя Maybach, на котором приехал один из гостей — совладелец башни «Око» Гавриил Юшваев, отогнать машину на стоянку, чтобы не мешать приезду других приглашенных, в том числе артистов. В перепалку с чоповцами вступили охранники господина Юшваева, спортсмены из бойцовского клуба «Скорпион», которыми руководил Магомед Исмаилов (Кобра). Спор перешел в потасовку. Тем временем к месту событий подошли сотрудники Росгвардии Дмитрий Якобсон и Дмитрий Иванчев. После чего, говорится в материалах расследования, по команде Исмаилова его подручные достали оружие и открыли огонь. Перестрелка продолжилась и в самой башне, куда устремились участники конфликта.

В результате чоповец Платон Койда был убит. Его коллеге Кириллу Титаренко пуля попала в затылок, он выжил чудом, а росгвардеец Дмитрий Якобсон, получивший ранение в живот, и его сослуживец Дмитрий Иванчев, которому пуля попала в голову, фактически стали инвалидами.

На первой стадии расследования зачинщиками считались охранники господина Юшваева, однако через несколько месяцев ситуация кардинально изменилась.

Левон Агаджанян, по версии СКР, «из личной заинтересованности и вопреки интересам службы», а также желая оказать услугу господину Юшваеву, решил изменить фабулу дела с целью занижения роли Магомеда Исмаилова в событиях 17 ноября, переквалификации предъявленного тому обвинения на более мягкое с последующим выводом его из фигурантов.

Следователь Агаджанян, по материалам дела, сначала попытался получить «нужные» показания свидетелей. Так, 15 января 2018 года он провел дополнительный допрос Гавриила Юшваева, на котором «установил», что Исмаилов якобы был среди приглашенных на юбилей и охраной не занимался. Следователя при этом не смутило, что другие свидетели говорили обратное. 7 февраля того же года следователь Агаджанян предложил свидетелю Алексею Чертихину изменить его показания, исключив из них упоминание, что тот видел, как Исмаилов на четвертом этаже здания убирал за пояс «предмет, похожий на оружие». Когда же свидетель отказался это сделать и даже вызвался подтвердить свои слова на очной ставке с господином Исмаиловым, следователь Агаджанян написал рапорт руководству о том, что очевидец от очной ставки отказался. К рапорту господин Агаджанян подшил бланк повестки с вызовом на очную ставку, который он якобы отправлял свидетелю.

Кроме того, следователь, по материалам дела, не указал в протоколах других допросов сообщения свидетелей о том, что во время конфликта второй фигурант дела, Эльдар Хамидов, плюнул одному из чоповцев в лицо, а Исмаилов забрал табельный пистолет Макарова, принадлежавший росгвардейцу Дмитрию Якобсону, после того как тот получил тяжелое ранение. В последнем случае следователь, по версии СКР, даже пригрозил свидетелю, что если тот продолжит настаивать на своем, то будет привлечен к уголовной ответственности в связи с пропажей оружия.

Также, считают в СКР, Левон Агаджанян манипулировал вещественными доказательствами.

Так, в мае 2018 года им были уничтожены план-схема осмотра места происшествия и все записи, которые свидетельствовали о ее составлении. Это позволило изменить местоположение найденных на месте стрельбы гильз и создать новую картину событий. Кроме того, следователь подменил отправленную им на экспертизу пулю, заверив экспертов, что она якобы извлечена из тела погибшего Платона Койды. Между тем следователь был осведомлен, что эта пуля попала в местного светотехника. При этом следователь «забыл» изъять из Боткинской больницы пули, извлеченные из головы росгвардейца Дмитрия Иванчева и затылка охранника Титаренко.

Подтасовав улики, весной 2018 года следователь Агаджанян обвинил в развязывании перестрелки в «Москва-Сити» сотрудников Росгвардии и чоповцев, включив в число зачинщиков даже погибшего Платона Койду. Охранники господина Юшваева при этом были признаны потерпевшими. Разразился скандал, и после вмешательства Генпрокуратуры материалы дела у Левона Агаджаняна забрали и передали их в центральный аппарат СКР. Спустя короткое время дело в отношении спецназовцев и сотрудников ЧОПа было закрыто в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. А Магомед Исмаилов и Эльдар Хамидов уже осуждены по делу о перестрелке на длительные сроки.

Тем временем Левон Агаджанян со скандалом уволился из СКР и зарегистрировался в адвокатской палате Чечни. В декабре 2020 года его задержали. Вину он не признает и категорически отрицает наличие в своих действиях какого-либо корыстного мотива. По словам обвиняемого, во время расследования стрельбы в башне «Око» он одновременно вел по пять-семь дел, поэтому из-за большой загруженности мог допустить непреднамеренную халатность, упустив какие-то детали из виду.