Собиратель арен. Как Баста стал одним из самых популярных артистов страны

В конце 1990-х выпускник музыкальной школы Ростова-на-Дону по классу аккордеона Василий Вакуленко оказался в больнице. Причиной стало увлечение тяжелыми наркотиками. Почти месяц Вакуленко провел среди людей, которые слышали голоса и разговаривали с невидимыми гостями. В то время он не имел серьезного достатка, семья жила в промзоне Ростова недалеко от кирпичного завода. Мать Вакуленко, несмотря на вузовский красный диплом, торговала на рынке йогуртами. Будущую звезду воспитали главным образом бабушка и дед. Именно бабушка сыграла огромную роль в судьбе Вакуленко, она поощряла увлечение музыкой и подарила ему предмет мечтаний — синтезатор Yamaha 51. 

С юного возраста Вакуленко попал в перспективную музыкальную тусовку: он читал рэп вместе с нынешними участниками ростовской рэп-команды «Каста». В 18 лет Баста записал песню «Моя игра», которая до сих пор остается одним из самых популярных треков артиста. В 1998 году его пригласили выступить с этой песней на фестиваль в ростовский Дворец спорта. Событие было значимым ­— на площадке собралось около 6000 человек, выступали модные исполнители, например, музыкант Сергей Пименов (ППК).

Вакуленко выступил под псевдонимом «Баста Хрю», заработал первые $100 и стал звездой регионального масштаба. Популярность и заработки позволили доказать родне, что увлечение музыкой было не бессмысленным. «Папе в первую очередь», — уточняет в интервью Forbes Вакуленко.

Карьера начала развиваться, два трека артиста попали на аудиокассету «Город счастья» (было выпущено 300 000 кассет), которую в качестве рекламной продукции выпустило местное подразделение «Билайна». Треки были включены в репертуар черноморских кафе. С 1998 по 2002 год Баста зарабатывал в основном на фестивалях: десятки мероприятий организовывали, например, производитель газировки Sprite и Северо-Кавказская железная дорога, праздновавшая свое 125-летие. 

Все эти годы Вакуленко не мог оставить пагубного пристрастия к наркотикам. Перелом произошел 22 апреля 2003 года. «Привели к этому определенные тяжелейшие события, и я пришел к решению перестать употреблять вещества. Как обычно — потеря сознания, травма», — рассказывал Баста YouTube-каналу «ВДудь». Именно в тот момент он сумел оттолкнуться от дна.

База Газа

«Я песни не продаю», — сказал Вакуленко певцу Богдану Титомиру, когда тот приехал в Ростов в 2005 году. Титомир хотел купить песни для нового альбома, но Баста не торопился отдавать весь репертуар, хотя и подарил именитому певцу пару треков. Перед этим о песнях «ростовского типа» Титомир рассказал своему финансовому партнеру — владельцу сети пивных ресторанов «Кружка» Евгению Антимонию, который вкладывал средства в проекты Титомира и запустил клуб Gazgolder на месте бывшего газового хранилища завода «Арма».

Прослушав треки Вакуленко, Антимоний сказал: «Пусть этот пацан приезжает. Будем думать». Баста переехал в столицу. Музыканту оплачивали жилье, он получил постоянный доход и возможность выпустить альбом. Репертуар и подача материала всегда оставались на усмотрение Вакуленко, запись альбома стоила более ста тысяч долларов. Чуть позже советник председателя совета директоров СМП Банка Антон Треушников вложил в бизнес еще около $1 млн. Баста говорит, что он помог со строительством нового здания клуба и студий, где работают музыканты.

Вместе с клубом-студией (ее называют «База Газа») на территории появилось творческое объединение Gazgolder. С приходом Басты там закипела работа — один за одним с 2006 по 2017 год было записано 11 альбомов разных исполнителей и групп. Баста говорит, что сидел в студии сутками напролет. По словам директора творческого объединения Gazgolder Николая Дуксина, четыре года альбомы становились топ-селлерами на витринах Apple, альбом «Баста 4» (2013) стал самым продаваемым русскоязычным альбомом в мире за всю историю iTunes и поднимался на 61-е место по продажам.

Эти альбомы заметно отличались от привычных публике по стилю и лексике — в текстах присутствовали крепкие словечки. Для доверительного контакта с публикой Вакуленко выдумал себе новые псевдонимы и героев — Ноггано, N1NT3ND0 и Bratia Stereo. Например, Ноггано, по определению Вакуленко, — матерщинник, бабник и сволочь. Его самый известный трек «Еб*ный насос, Жора, где ты был?». Другой герой, N1NT3NDO, находится в Ростове образца 1995 года, он любит оружие, вокруг него убийства и деньги, перемешанные с кровью.

Проект Bratia Stereo — это электронная музыка, с которой Баста выступал на закрытии фестиваля Kazantip. «Это акционизм. Мне было приятно, что люди не ассоциируют одного героя с другим. В русской музыке такого не было», — рассказывает Баста.

Раскрутиться было непросто. Схему с покупками эфира Баста даже не рассматривал. Вакуленко и артистам Gazgolder во многом повезло — их треки стали популярны, так как выход альбомов совпал с эпохой взрывного роста интернета и соцсетей.

Лейбл продолжает инвестировать в интернет. По словам Дуксина, охват соцсетей у Gazgolder — около 15 млн человек. Выбор этот неслучаен, ведь у слушателей падает интерес к обычному радио и ТВ. Ряд классических приемов продвижения артистов и музыки неэффективен, говорит Дуксин. Он приводит в качестве примера еще одного артиста лейбла, рэпера из Казахстана Скриптонита. У него нет ротации на классических площадках (как минимум из-за репертуара), но при этом артист стал топ-селлером в iTunes и Apple Music и показывает отличные сборы на концертах. «Если включить радио или музыкальное ТВ и выписать песни за полчаса, то, скорее всего, никто из исполнителей не окажется с ним даже в одной десятке по продажам»,  — поясняет Дуксин. История Басты в этом плане тоже показательна: когда он собрал 17 000 человек на своем первом концерте в «Олимпийском», на ТВ его практически не было.

Теперь Вакуленко не только сам попал как эксперт на шоу «Голос» Первого канала, он делает свое телевидение с Gazgolder. Они запускают канал в Youtube и снимают кино — в 2014 году в прокат вышел фильм «Газгольдер», на подходе еще один, «Клубаре». Дуксин говорит, что у фильма было более 1000 копий. Он стал одной из самых популярных картин по итогам двух первых уик-эндов просмотра. В поддержку проката резиденты Gazgolder отправились в масштабный тур по 20 городам России. По данным «Кинопоиска», сборы фильма в России составили $1,8 млн. 

«Олимпийский» рекорд

Двадцать второго апреля 2017 года Баста поставил абсолютный рекорд за историю стадиона «Олимпийский» — артист впервые собрал полную круговую арену на сольном концерте и продал 35 000 билетов. Такого успеха не добивался никто из российских и иностранных исполнителей. Обычно музыканты собирают примерно половину «Олимпийского» (до 18 000 зрителей). Соорудить круглую сцену, чтобы максимально заполнить зал, решались пока только организаторы гастролей зарубежных звезд Metallica и Muse.

По словам гендиректора Gazgolder Николая Дуксина, удачно проходили и другие концерты Вакуленко — четыре года подряд распродавались все билеты в «Крокусе», было два аншлаговых «Кремля». За год концерты Басты посещают 380 000 человек. Он первый хип-хоп-музыкант, собравший главные площадки двух столиц — «Крокус», «Кремль», «Олимпийский», «Зеленый театр» и «Ледовый дворец» в Санкт-Петербурге.

Концертные выступления — основа личного дохода Вакуленко. В среднем один концерт приносит ему 2 млн рублей. Баста ежегодно дает 70–100 концертов по всему миру. Его график расписан до конца 2018 года. Общий валовый доход всех бизнесов артиста за год — около 240 млн рублей, но не менее 30% идет на покрытие расходов: на клипы тратится от 20 млн рублей, еще есть персонал (обходится в 4 млн в месяц) и аренда. При этом значительную часть дохода Баста реинвестирует в лейбл.

По словам Дуксина, Баста, как и все звезды, зарабатывает на рекламных контрактах и интернет-продажах (он 5 раз входил в рейтинг российских звезд шоу-бизнеса и спорта Forbes — прим. ред.). Часто спонсоров подбирают под концерты и мероприятия — например, в «Олимпийском» спонсором был производитель дезодорантов Axe, у Басты были проекты с Nescafe, пивным брендом «Жигули», табачным холдингом Philip Morris, а у Скриптонита — с пивным брендом Tuborg. Суммы контрактов не раскрываются.

Этот доход в последние годы не растет из-за законодательных изменений и финансового кризиса. «Всегда спонсировали кто? Производители крепкого алкоголя, пива и табачники. Принятие новых законов осложнило сотрудничество с такими компаниями. Бюджеты у многих сильно ограничены», — объясняет Вакуленко.

Большие надежды Баста возлагает на продажи через платформы Apple (Apple Music и iTunes), «Яндекс.Музыка», «ВКонтакте» и др. Суммарные продажи лейбла Gazgolder составляют более 500 000 проданных копий релизов и свыше 250 млн легальных стримов. На лейбле работает с десяток артистов и музыкальных проектов. Отношения с ними складываются по тем же принципам, как с Вакуленко работает Антимоний. По словам Дуксина, на лейбле нет классического продюсирования. Никто не решает, как артист должен выглядеть и что исполнять, «Газгольдер» предоставляет своим исполнителям инфраструктуру, менеджмент и помогает продвигаться и зарабатывать на контенте.

Наиболее популярным и коммерчески успешным исполнителем лейбла, помимо Басты, стал Скриптонит. В конце 2015 года он занял вторую строчку в альбомном чарте российского iTunes, став одним из открытий года. Финансовую сторону Вакуленко обсуждать не хочет: «Творчество и коммерческий успех — это разные вещи. У нас же здесь не колбасный цех». У лейбла был сложный опыт. За 10 лет работы с певицей Тати были потрачены сотни тысяч евро, написаны песни, ушло много времени Басты и других исполнителей. В 2016 году Gazgolder с певицей расстался, поскольку не увидел перспектив для дальнейшего сотрудничества. Тати, в свою очередь, предъявляла обвинения своим бывшим коллегам.

Батл с РАО

В мае 2017 года Баста и другие российские артисты сидели на совещании в кабинете у первого вице-премьера Игоря Шувалова. Обсуждались российские авторские общества, которые порой наживались за счет артистов. Ярким примером стала история экс-руководителя Российского авторского общества (РАО) и Российского союза правообладателей (РСП) Сергея Федотова. За мошенничество с 300 млн рублей РАО в июне 2017 года Федотов получил полтора года колонии.

Авторские общества должны выплачивать деньги артистам, собирая отчисления с телеканалов, радиостанций, кафе и любых общественных заведений, где звучат музыкальные произведения. За свои услуги РАО берет комиссию 10–35% авторских отчислений, а РСП — 1% от оборота производителей и импортеров техники, позволяющей копировать и воспроизводить аудио- и видеозаписи. Авторские организации собирают 8–9 млрд рублей в год и хотят получать деньги с пользователей интернета. Несмотря на огромные продажи, Баста получал лишь десятки тысяч рублей. В итоге он решил изъять свои права на произведения из РАО. Баста называет эту историю противостоянием со злодеями. Сложившаяся ситуация его сильно задевает: «Ты собираешь «Олимпийский», номер один по продажам в iTunes. А против — целая организованная группа лиц по предварительному сговору. У Шувалова был супербатл. Мы настаивали на передаче управления авторскими правами государству без прослоек».

Баста с партнерами организовал сервис электронного учета, установления и оборота прав на музыкальные и другие творческие произведения — НРИС. По словам Дуксина, в НИРС уже зарегистрировано 45 000 аудиопроизведений, включая крупный каталог Первого музыкального издательства. Но пока монетизации у этой системы нет.

У Басты есть и бизнес-проекты, не связанные с творчеством, — он совладелец сети отелей (Москва и Суздаль) и клуба Legendas (Вильнюс), продает вейпы и спортивное питание «Лаборатория силы», занимается производством кастомных часов и ювелирных украшений «Газголд».