Спор воинствующих субъектов

Реформа оплаты ЖКХ в подведомственных Минобороны предприятиях не решила проблему с их долгами за электроэнергию и тепло. Наоборот, она продолжает усугубляться: долг за электроэнергию за январь—май вырос на 25,8%, до 15,4 млрд руб. Созданное в апреле ФГБУ «Центральное жилищно-коммунальное управление», получившее полномочия по оплате услуг, тоже уже начало копить долги. Минобороны же не готово напрямую влиять на ситуацию, трактуя ее как «спор хозяйствующих субъектов».

Как стало известно “Ъ”, 29 августа в Минэнерго пройдет совещание по вопросу об организации сбора данных и анализа договорной схемы поставки энергоресурсов для нужд Минобороны, инициированное Главной военной прокуратурой (ГВП).

С 1 апреля Минобороны расформировало действовавшую до тех пор систему оплаты за услуги ЖКХ. Функции четырех независимых друг от друга структур — Главного управления коммунально-жилищного хозяйства (ГУ ЖКХ; 5791 военный городок, 4014 котельных и 49,9 тыс. км инженерных сетей), Главного управления жилищным фондом (ГУ ЖФ; 9491 жилой дом), «Оборонэнерго» (электросетевое хозяйство; 5070 технологических присоединений и 22,7 тыс. км линий) и «Оборонэнергосбыта» (объем поставки 3,9 млрд кВт•ч) — перешли к специально созданному ФГБУ «Центральное жилищно-коммунальное управление» (ЦЖКУ). Основная цель — отказ от аутсорсинга и прямой контроль Минобороны над расходами. Эта реформа была предпринята из-за хронического накопления задолженности подведомственными министерству компаниями. Но долги продолжают расти, а прежние остались непогашенными.

Так, на 1 января, когда «Оборонэнергосбыт» уже был лишен статуса гарантирующего поставщика электроэнергии оборонным структурам, его долг на оптовом рынке составлял 5,2 млрд руб. На 1 июня он все еще достигал 4,5 млрд руб. Тем временем задолженность других предприятий Минобороны с января по июнь выросла с 0,9 млрд до 3,6 млрд руб., сообщили “Ъ” в ассоциации «Совет производителей энергии» (СПЭ, объединяет крупнейшие энергокомпании). Глава СПЭ Игорь Миронов уверяет, что усилия по взысканию долгов, включая исполнительное производство и переговоры, не приносят результатов. Долги военных за тепло на 1 июня составили 7,38 млрд руб. (около 73% от всех долгов за тепло среди госучреждений), увеличившись с начала года на 18,7%. При этом от месяца к месяцу долг растет и у недавно созданного ЦЖКУ: к маю он составил 340 млн руб.

В «Совете рынка» (регулятор энергорынков) признают, что на розничных рынках ситуация с расчетами предприятий Минобороны только ухудшилась. Уровень расчетов за электроэнергию в первом полугодии более чем на 25% ниже того же периода 2016 года. «Это обстоятельство усугубляет формирование кассовых разрывов у гарантирующих поставщиков, принявших с 1 января оборонные предприятия на “прямое” обслуживание»,— сообщили “Ъ” в «Совете рынка». По данным ассоциации, вопрос неоднократно обсуждался в правительстве. Но, как говорят источники “Ъ” на энергорынке, Минобороны отказывается брать на себя обязательства расформированных структур.

Военные, со своей стороны, считать ситуацию критической отказываются. Источник “Ъ”, близкий к руководству Минобороны, апеллирует к закону «Об акционерных обществах», согласно которому ведомство не может вмешиваться в текущую оперативную деятельность компаний. «Это спор хозяйствующих субъектов, для решения вопросов они могут обратиться в суд»,— подчеркивает он. Эта позиция прямо противоречит поручению премьера Дмитрия Медведева от 21 февраля (Минобороны должно нести субсидиарную ответственность «за своевременность и полноту оплаты коммунальных услуг (ресурсов) в случае передачи указанных функций в подведомственные учреждения»), но военные такой подход не разделяют.

Наталья Порохова из АКРА отмечает, что традиционно бюджетный сектор является одним из крупнейших должников за электроэнергию и другие энергоресурсы. Это связано как с неэффективным управлением, так и недофинансированием из бюджета, но в случае Минобороны последний вариант маловероятен. Глава ассоциации ГП и энергосбытовых компаний Наталья Невмержицкая считает необходимым заключение прямых договоров между гарантирующими поставщиками и предприятиями Минобороны, поскольку все ранее созданные посредники накапливали задолженность и банкротились. Подобную схему, добавляет она, используют, например, недобросовестные управляющие компании, «но странно, когда к ней прибегают предприятия федерального органа власти».